Последние комментарии

Главная > Новое время > Европа накануне Тридцатилетней войны

Европа накануне Тридцатилетней войны

Тридцатилетняя война. Карта войны. Причины войны.

За всю историю существования цивилизации в Западной Европе Тридцатилетняя война (1618—1648) была, с одной стороны, первой общеевропейской войной, с другой стороны – это была последняя в истории Европы большая религиозная война, и даже в ходе самой войны все больше и дальше отходили на задний план противоречия между католиками и протестантами, чем дальше, тем отчетливее оформлялись два блока держав, стремящихся к господству над всем христианским миром. Что же это были за блоки?

1. Габсбурги (Австрийские и Испанские) и их союзники – папство, католические князья Германии, Польско-Литовское государство. Это старый феодальный мир.

2. Блок национальных государств, антигабсбургская коалиция – Франция, Швеция, Голландия, Дания, Россия и в некоторой степени Англия. Они опирались на протестантских князей Германии. Это был уже новый абсолютистско-буржуазный мир.

Какую же оценку получили события 1618—1648 года в мировой историографии?

До 40-х годов ХХ века в историографии, особенно германской, господствовала точка зрения, что история 30-летней войны – это внутреннее дело Германии. Единственное, о чем шел спор – это ответственность германских императоров за последствия войны, за то, что Германия осталась политически раздробленной, а значит слабой. Часть германских историков считала, что «восстание протестантских князей против императора» сорвало планы объединения страны, за что, якобы, боролись Габсбурги. Другие уверяли, что оппозиция протестантских князей Габсбургам способствовала национально- государственному сплочению. Но! И те, и другие считали, что иностранные государства лишь «вмешивались» во внутригерманскую борьбу и вторгались в страну, слабую от внутренних усобиц.

В середине прошлого века, под влиянием историков Швеции и России возникло новое направление в историографии, которое в событиях 1618—1648 гг. центр тяжести перенесло на общеевропейские конфликты. Здесь Германия – главный, но не единственный театр военных действий. Кроме того, общеевропейский характер 30-летней войны получил дополнительное объяснение при изучении ее экономических предпосылок. Таким образом, в настоящее время и либеральная и марксистская (в первую очередь) историография рассматривают войну как политический конфликт, который вырос из сложного взаимодействия социально-экономических, политических, межгосударственных противоречий переходного периода – от средневековья к новому времени.

XVII век это время, когда старый феодальный мир еще не изжил себя, а новый – недостаточно окреп. Сильны в Европе тенденции Контрреформации. Оплотом же ее, традиционными защитниками католицизма выступают Габсбурги. Они пользуются всемерной поддержкой папства и ордена иезуитов. С конца XVI века вновь наметилось сближение домов австрийских и испанских Габсбургов. Об испанских было сказано выше. Австрийские же – это Фердинанд I (1556—1564), Максимилиан II (1564—1576), Рудольф II (1576—1612), Матвей I (1612—1619), Фердинанд II (1619—1637), Фердинанд III (1637—1657). Уже при Максимилиане II началась разработка всевозможных планов династического слияния обеих ветвей Габсбургского дома. Испания надеялась, что благодаря победе католической реакции в Германии будут созданы благоприятные условия для возвращения буржуазной республики Соединенных провинций. Первым препятствием для осуществления этих планов были германские протестантские князья. Их независимость в «Священной римской империи» была закреплена в 1555 году Аугсбургским религиозным миром. После 1555 года немецкие протестанты разделились на лютеран и кальвинистов.

Интересна была позиция Франции. Возможность того, что Габсбурги выступят единым фронтом, волновала не только германских протестантов, но и Францию. Франции было выгодно иметь у себя на северо-востоке слабого соседа в виде раздробленной Германии, поэтому победа католической реакции (а значит, и возможное объединение) было не в интересах Франции. Кардинал Ришелье опасался соединения Австрии и Испании, поэтому поддерживал протестантских князей.

Гораздо более сложным было отношение Англии к назревающему конфликту. С одной стороны, Англия беспокоилась за свое положение на северных морях и не хотела усиления ни Габсбургов, ни их противников – Дании и Швеции. С другой стороны – английское правительство не желало и полной победы Франции. Ибо с последней она соперничала на средиземноморских путях, торгуя с Востоком. Был у Англии и особый подход к религиозным вопросам. Она не хотела победы католической реакции, но и не желала торжества  протестантов. И то и другое было ей нежелательно с точки зрения религиозной. Первое – потому, что в самой Англии была особая англиканская церковь, второе – потому, что революционная оппозиция в стране выступала под знаменем кальвинизма.

Самыми решительными противниками Габсбургов были Дания и Швеция. Дания хотела занять место Ганзы в посреднической торговле между странами Северного и Балтийского морей. Кроме того, Дания, как и Англия,  была не заинтересована в укреплении позиций Германии в северной Европе. Такова же была и линия Швеции.

Большое значение для обоих лагерей имела точка зрения России как крупной силы на востоке Европы. В начале XVII века первоочередной задачей правительства России была ликвидация последствий польской интервенции. Католическая Польша была проводником австрийского дома в регионе. Поэтому Россия отказалась от ориентации на испано-австрийский лагерь, ведь в случае его победы Польша могла вновь устремиться в «Московию». Правда, России нужна была Балтика, где традиционно ее соперником была Швеция. Однако первая тенденция перевесила вторую. Сошлемся на мнение Б.Ф.Поршнева: «Как ни остры были противоречия Московского государства с Мусульманской Турцией и протестантской Швецией; как ни велика была напряженность его отношений с ними, как ни катастрофичны были конфликты, до второй половины XVII века на первом плане стояли все же противоречия с центральным членом т.н. «Восточного барьера» – с Польско-Литовским государством. Ибо оно включало в свои пределы огромные массивы славянских (белорусских, украинских) земель и русские поселения. Воссоединение этих земель и народов с Россией, хотя бы и неполное, было первоочередной задачей, первым условием возможности дальнейшей борьбы с фланговыми держав «барьера» за Прибалтику и Причерноморье. В свою очередь, именно Польско-Литовское государство из всех трех в наибольшей степени было воинственно в отношении России».  Это и еще ряд обстоятельств привели Россию к заключению тяжелого для него Столбовского мира со Швецией (1617). По этому миру крепости Рига и Кокенгаузен остались в руках Польши (Сигизмунда III); Нарва, Ревель, Биттенштейн находились во власти Густава Адольфа (Швеция).

Основные блоки стран в Тридцатилетней войне.

Итак, в начале XVII века усилились контрреформационные настроения в Германии. Они всячески подогревались императором Рудольфом II (1576—1612). Грановский Т.Н. связывал это с личными качествами императора: несмотря на то, что Рудольф был человеком «высокого образования, знаток химии, но при всем том, бессильный и со слабым характером, воспитанник иезуитов, которые убили в нем последнюю волю». Можно согласиться с мнением известного российского медиевиста и в том, что разобщение  Германии усилилось в 1582 году. Как известно, по инициативе Григория XIII был введен новый календарь (григорианский). Известно, что за шестнадцать веков накопилось «неучтенных» 10 дней. С 1583 года католики жили по новому календарю, а протестанты по-старому. Последние увидели в этом нарушение своих имперских прав. Прошло почти 25 лет, и противостояние вступило в новую фазу: в 1607 году с согласия Рудольфа II один из могущественных католических князей Империи Максимилиан Баварский захватил протестантский город Донауверт. Реформация в городе была отменена. Протестанты заявили протест, но император его отклонил. В ответ протестантские князья и города юго-запада в 1608 году организовали военный союз с общей кассой и армией. Его целью стала защита протестантских областей Германии. Союз получил название Протестантской или Евангелической Унии. Во главе его стал пфальцграф Рейнский, курфюрст Фридрих IV. Хотя законы Империи запрещали немецким князьям вступать в союзы с иностранными государствами, Уния легко нашла союзников за рубежом. Кто ее поддержал? Конечно, Англия и Голландия, традиционные защитники протестантизма, обещала помощь Франция. Возлагала Уния надежды и на Венецию, так как последняя враждовала как с испанскими, так и с австрийскими Габсбургами.

В ответ на действия протестантов, католики создали в 1609 году Католическую Лигу. Она объединила почти всех католических князей Германии, чьи владения простирались от Нидерландов до Австрии. Во главе ее встал сильнейший из католических князей герцог Баварский. Это был один из самых упрямых, изворотливых и своевольных правителей. Как и император, он прошел школу иезуитов и не хотел чрезмерного усиления Габсбургов, понимая, что, чем сильнее они, тем слабее его собственная независимость. В 1609 году началась борьба за Юлих-Клевеское наследство, она поставила Германию на грань большой войны. В 1606 году умер Юлихский герцог – один из наиболее крупных князей Империи. Так как он не оставил наследников, император Рудольф объявил эти земли выморочными и отправил туда свои войска. В конфликт вмешалась Франция, но убийство Генриха IV в 1610 году ее отвлекло от борьбы. В 1614 году на спорную территорию вошли испанские и голландские армии. Они поделили земли, не ввязываясь в конфликт друг с другом, так как между Испанией и Республикой Соединенных провинций длилось перемирие, срок которого истекал в 1621 году. Таким образом, искры военных конфликтов падали на бочку с порохом, т.е. на Империю. На этот раз они погасли, но так как искры продолжали лететь на этот порох, взрыв был неизбежен.

Многим современникам событий и их потомкам казалось, что основным содержание Тридцатилетней войны был поединок между протестантами и католиками. Так говорили короли, дипломаты, проповедники и историки. На самом деле религиозная борьба (точнее, борьба за церковные земли) была не единственным или хотя бы основным конфликтом войны. Как уже отмечалось выше, важную роль играли отношения немецких князей с императорской властью и между собой, испано-французское соперничество за гегемонию в Европе, испано-голландские противоречия, борьба за Балтику, борьба за преобладание в юго-восточной Европе, и даже противостояние Польши и России. Место того или иного государства строго определялось, как правило, не общими интересами со своими союзниками, а изменяющейся политической обстановкой. Государства, имеющие общие интересы в одном, были заклятыми врагами в другом конфликте. Например, Дания и Швеция в борьбе с Габсбургами выступали вместе, но у них были противоречия из-за Балтики. Причем, оба эти конфликта попеременно оттесняли один другого на второй план. Отсюда – непостоянство и непрочность коалиций, формула «друг моего врага – мой враг» совсем не определяла международные отношения того времени. Наоборот, обычной являлась дружба с другом врага. Например, Франция — союзник Швеции, не теряла дружбы с ее врагом Польшей.

И еще одно обстоятельство – Тридцатилетняя война одна из последних войн с использованием наемных армий.

1 комментариев к записи “Европа накануне Тридцатилетней войны”

  1. Chupacabras:

    В последующий период о Тридцатилетней войне были написаны несколько тысяч исследований и книг. Наиболее серьёзным трудом по данной теме считается трёхтомное исследование Морица Риттера

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2010-2017 История - История древнего мира.